Анализ ситуации: Ликвидация Группы экспертов Комитета 1718 СБ ООН и перспективы режима санкций в отношении КНДР

Анализ ситуации: Ликвидация Группы экспертов Комитета 1718 СБ ООН и перспективы режима санкций в отношении КНДР

 

   30 апреля истёк срок полномочий Группы экспертов Комитета 1718 Совета Безопасности (СБ) Организации Объединённых Наций (ООН), курировавшей проблематику соблюдения международных санкций, наложенных на Северную Корею. Этому предшествовало использование российской стороной права вето при голосовании по резолюции о продлении компетенций Группы после того, как другие стороны отказались принять предложение Москвы об установлении конкретного срока действий рестрикций в отношении Пхеньяна. Данный факт послужил дополнительным поводом для обвинений в адрес России о сотрудничестве с КНДР в нарушение утверждённых СБ ООН ограничений. Кроме того, США во взаимодействии с союзниками активизировали усилия по созданию «независимого и объективного» механизма, способного стать альтернативой деятельности Группы экспертов Комитета 1718, пусть и обладающего гораздо меньшей степенью эффективности и легитимности по причине ожидаемого отсутствия участия в нём Китая и России. Как представляется, подобное развитие событий существенно повысит градус военно-политической напряжённости в регионе, а также может негативно отразиться на взаимоотношениях Сеула с Пекином и Москвой.

Финал 15-летней деятельности Группы экспертов Комитета 1718 СБ ООН

     28 марта Россия применила своё право вето при рассмотрении резолюции о продлении до 30 апреля 2025 года срока полномочий Группы экспертов Комитета 1718 Совета Безопасности ООН, курирующей проблематику санкций в отношении КНДР (создана в 2009 году после второго ядерного испытания Северной Кореи). В соответствии со сложившейся практикой, начиная с 2010 года компетенции данного органа, поэтапно расширявшиеся в 2013, 2016 и 2017 гг., ежегодно пролонгируются соответствующей резолюцией СБ ООН, однако в этот раз Москва ветировала документ – «за» проголосовали 13 членов СБ. Представитель Китая, воздержавшийся при голосовании, выразил поддержку позиции России, заявив, что предложение установить срок действия санкций в отношении Северной Кореи «в высшей степени практично и вполне осуществимо».

     Данное решение РФ было мотивировано отказом других стран включить в текст документа положения, предусматривающие возможность через год провести «всеобъемлющую ревизию» санкций против КНДР, что предполагало их частичное снятие или отмену. Кроме того, представитель России в ООН В. Небензя заявил, что санкционный режим в отношении Северной Кореи теряет свою актуальность, поскольку он не способствует решению проблемы распространения ядерного оружия, а используется для «удушения» Пхеньяна и оказания политического давления на руководство страны.

    Ожидается, что ликвидация Группы экспертов приведёт к существенному ослаблению возможностей мониторинга и контроля над соблюдением международных санкций и исполнением соответствующих резолюций СБ ООН. Однако, это не означает полного сворачивания данной деятельности – сам Комитет 1718 продолжит свою выполнять работу и функции, но доступный ему инструментарий средств сократится.

     Отметим, что решение Москвы о применении вето можно рассматривать как политически мотивированное, поскольку оно укладывается в текущую логику развития российско-северокорейских отношений, соответствует их динамике и национальным интересам.

Содержание последнего отчёта, подготовленного Группой экспертов

     Утверждённый формат функционирования Группы экспертов Комитета 1718 предполагал подготовку и представление на рассмотрение дважды в год докладов о текущем состоянии реализации санкций в отношении КНДР. Последний такой документ был опубликован 20 марта. Ниже приводим некоторые из его положений:

- военно-политическая напряжённость на Корейском полуострове за период с июля прошлого по январь текущего года существенно возросла;

- хакерские операции и кибератаки обеспечивают Пхеньяну около половины всего объёма валютных поступлений;

- около 40% от этих финансовых средств идёт на разработки программ оружия массового уничтожения, включая ядерное;

- несмотря на санкции, Северная Корея продолжает разрабатывать ядерное оружие и производить необходимые для его изготовления расщепляющиеся материалы, на что указывает соответствующая активность на ядерном комплексе в Ёнбёне;

- продолжает фиксироваться активность на ядерном полигоне в Пхунгери;

- КНДР добилась прогресса в плане самообеспеченности необходимой базой, оборудованием, материалами и компонентами для производства баллистических ракет (обладает возможностями для массового производства корпусов ракет с использованием технологии «потокового формования», деталей из сплавов, в т.ч. крыльчаток, серийного выпуска мобильных транспортно-пусковых для ракет, есть средства для дуговой сварки вольфрамовым электродом в инертном газе и пр.);

- КНДР создала значительный объём собственных возможностей для противодействия системе мер экспортного контроля военной и гражданской продукции двойного назначения;

- Группа экспертов проводит расследование на предмет установления возможной передачи КНДР технологий посредством гуманитарных обменов;

- Комитет 1718 ведёт расследование 17 случаев хищения в прошлом году виртуальных активов на общую сумму около 750 млн долл., в причастности к которым подозревается Пхеньян;

- объём виртуальных денежных средств, похищенных Северной Кореей в результате кибератак в период с 2017 по 2023 гг. (ведётся расследование 58 случаев), оценивается в порядка 3 млрд долларов;

- за период с января по 15 сентября 2023 года объём импортированных КНДР нефтепродуктов может достигать 1,523 млн баррелей при установленном лимите в 500 тыс. баррелей в год.

Внешняя реакция на вето Москвы

     Вето РФ было встречено резкой критикой со стороны США, которые обвинили Москву в отказе от роли ответственного члена международного сообщества. Американский представитель в ООН заявил, что такой шаг придаст Северной Корее смелости и безнаказанности в её действиях в условиях, когда эта страна ставит под угрозу глобальную безопасность. Российская сторона, в свою очередь, указала на недопустимость подобных претензий от США, которые на протяжении последних пяти месяцев блокировали резолюции СБ ООН по ситуации в секторе Газа, прикрывая тем самым массовую гибель палестинского гражданского населения от действий Израиля.

     29 марта статью на эту тему опубликовал известный американский специалист по странам Корейского полуострова Виктор Чха (Центр стратегических и международных исследований – CSIS). По мнению эксперта, такой шаг со стороны России представляет собой третий этап усилий по ослаблению режима международных санкций в отношении КНДР.

     В качестве первого он назвал фактическое прекращение исполнения Москвой соответствующих резолюций, второго – блокировку наложения на Пхеньян новых ограничений в связи с дальнейшей реализацией им ракетно-ядерных программ. По словам Чха, в сложившихся условиях «у президента России В. Путина практически нет причин не поддерживать Северную Корею в Совете Безопасности, чтобы продолжать российско-северокорейское взаимовыгодное сотрудничество и получить решающее преимущество в конфликте с Украиной в то время как вопрос дополнительной военной помощи Киеву застрял в Конгрессе США». Тем не менее, чтобы заполнить образовавшийся вакуум в системе санкций в отношении КНДР и контроля над их исполнением он предложил создать «альтернативный механизм» с участием стран, придерживающихся схожих позиций по данному вопросу – США, РК, Япония, Австралия и др., которые будут сотрудничать путём обмена информацией, содействия предотвращению распространения ОМУ и пр. Подчёркнуто, что найти замену Группе экспертов Комитета 1718 в ситуации, когда Китай и Россия фактически не участвуют в исполнении санкций в отношении Северной Кореи, мягко говоря, непросто, но у США и их союзников нет иного выхода, кроме как укреплять и активизировать сотрудничество по данному направлению.

     Следом представитель Великобритании в составе Группы экспертов Комитета 1718 СБ ООН Эрик Пентон-Вок в интервью южнокорейским СМИ заявил, что Россия наложила вето, поскольку рассматривала деятельность данной структуры как источник «досадных неудобств и пагубных последствий для своих национальных интересов». При этом он отметил, что воздержавшийся в процессе голосования Китай, который также был недоволен режимом санкций в отношении КНДР, достиг с РФ консенсуса по данному вопросу. Более того, по его словам, Пекин «счастлив, поскольку вся критика идёт в адрес России». В контексте прекращения деятельности Группы экспертов британец предложил в качестве альтернативы активизацию работы аналитических центров и СМИ по указанному направлению, что может повысить эффективность реализации санкций. Кроме того, фактическая работа Группы может быть продолжена вне рамок ООН «при поддержке тех, кто заинтересован в сохранении санкционного режима и контроля над его исполнением».

     2 апреля посол Южной Кореи в США Чо Хён Дон в ходе состоявшейся пресс-конференции выразил «глубокое сожаление» в связи с применением Россией права вето. Дипломат РК упрекнул РФ в совершении «безответственного поступка», который подрывает режим международных санкций в отношении КНДР, обязательства по соблюдению которых взяла на себя в т.ч. и Москва, и доверие к СБ ООН. Он назвал факт ветирования примером тесного сотрудничества России и Северной Кореи, оказывающего негативное воздействие не только на безопасность на Корейском полуострове, но и за его пределами, а также отрицательно сказывающегося на режиме нераспространения. Вместе с тем, Чо подчеркнул, что Сеул вместе с Вашингтоном и международным сообществом продолжит тесно сотрудничать по вопросам строгого соблюдения санкций в отношении Северной Кореи. Посол также призвал Москву прекратить взаимодействие с Пхеньяном в военной сфере и исполнять взятые на себя обязательства как ответственного постоянного члена Совета Безопасности. Кроме того, он заявил, что США и РК продолжат курс на укрепление концепции «расширенного сдерживания», чтобы предотвратить «ошибочные суждения и выводы» со стороны КНДР.

     В ответ на волну критики представитель МИД России М. Захарова заявила, что Москва серьёзно подходит к проблематике санкций Совбеза ООН, призванных служить поддержанию мира и стабильности. Вместе с тем, Россия не может спокойно смотреть на то, как эти чрезвычайные меры превращаются в неизбирательное орудие наказания тех или иных государств, приводя к их финансово-экономической блокаде.

     11 апреля в Нью-Йорке на площадке Генеральной Ассамблеи ООН состоялось обсуждение вопроса применения Россией права вето при голосовании по вопросу продления полномочий Группы экспертов Комитета 1718. Посол Южной Кореи в ООН Хван Чжун Гук обрушился с критикой на действия Москвы. В частности, он заявил, что РФ воспользовалась правом вето, чтобы скрыть факт собственных нарушений резолюций Совета Безопасности ООН, из-за чего международное сообщество утратило важный канал получения информации. Кроме того, такие шаги, по его мнению, подрывают авторитет СБ ООН. В свою очередь, представитель России в ООН В. Небензя ответил тем, что РФ была вынуждена наложить вето, поскольку её предложение о включении в документ пункта, устанавливающего срок истечения санкций в отношении КНДР, не было отражено в резолюции. Посол Северной Кореи в ООН Ким Сон же выразил российской стороне благодарность за то, что та ветировала «незаконную резолюцию», назвав санкционное давление на Пхеньян результатом порочной враждебной политики США, нацеленной на попирание суверенитета, развития и права на жизнь КНДР.

     В целом, в контексте текущей геополитической обстановки в мире реакция США, РК и союзников вполне понятна, равно как и действия России (при молчаливом согласии КНР), вытекающие из логики укрепления сотрудничества с Северной Кореей.

Ответные демонстративно-эмоциональные шаги со стороны Сеула

     На фоне событий в Совете Безопасности ООН 2 апреля МИД Р. Корея объявил о наложении односторонних санкций на два российских судна, двух физических и двух юридических лиц в связи с их предполагаемой причастностью к нарушениям режима санкций в отношении КНДР.

     В частности, под ограничения попали грузовые суда «Lady R» и «Angara», которые ранее были замечены при транспортировке контейнеров с неустановленными грузами между портами России и Северной Кореи. Объектами санкций РК также стали компании ООО «Интеллект» и «Содействие», и их руководители – С.М. Козлов и А.Ф. Панфилов. Первая фирма, как сказано, оказывала содействие Академии оборонных наук КНДР в зарабатывании валюты посредством предоставления северокорейским IT-специалистам документов для их работы на территории РФ. Вторая компания занималась отправкой северокорейских трудовых ресурсов в Россию. Заявлено, что в случае необходимости Сеул готов рассмотреть введение дополнительных ограничительных мер.

     На следующий день официальный представитель МИД России М. Захарова раскритиковала решение властей Южной Кореи, пообещав принять в ответ на «недружественный шаг» собственные меры. Она заявила, что ведение нелегитимных санкций будет иметь отрицательные последствия для отношений Сеула с Москвой.

     5 апреля в МИД России был вызван посол Южной Кореи Ли До Хун, которому заявлен протест в связи с введёнными властями РК односторонними санкциями в отношении российских физических лиц, компаний и морских судов. Москва назвала действия Сеула недружественными мерами, базирующимися на безосновательных обвинениях в незаконном сотрудничестве РФ и КНДР. Подчёркнуто, что такие шаги являются недопустимыми и не могут не оказать негативного влияния на двусторонние отношения между странами. В этой связи Россия призвала Р. Корею отказаться от контрпродуктивных санкций и жёстких мер, которые ещё более усиливают напряжённость на Корейском полуострове и в конечном итоге несут угрозу безопасности РК.

     4 апреля корейские СМИ сообщили о задержании Южной Кореей 30 марта по запросу США судна, следовавшего из КНДР через Китай в Россию – по данным американцев, оно везло санкционный груз. Это стало первым случаем подобного рода действий со стороны Сеула. Известно, что 18 марта 3000-тонный сухогруз «De Yi» покинул китайский порт Шидао и направился в северокорейский порт Нампхо, где пробыл около 10 дней. Вскоре после выхода из Нампхо судно отключило систему автоматической идентификации (AIS) и направилось в российский Владивосток в обход Корейского полуострова. Утром 30 марта в 20 км от Ёсу его перехватили в водах Южной Кореи. Капитан проигнорировал требования южнокорейской береговой охраны остановиться, после чего судно задержано досмотровой группой и доставлено в порт Пусан. Совместная следственная группа, куда вошли представители МИД и Национальной разведывательной службы, проводит расследование на предмет установления факта нарушения санкций.

     Китайский капитан настаивает, что антрацит, находившийся на борту судна, китайского происхождения, а не из КНДР, при этом отказываясь открывать трюм. Южнокорейская сторона утверждает, что в момент выхода из Шидао трюмы были пусты, а груз угля принят на борт в северокорейском порту Нампхо. Уже в ходе перехвата выяснилось, что судно, первоначально ходившее под флагом Того, в настоящий момент не имеет формальной регистрации в реестре какого-либо государства. На его борту находились 13 членов экипажа – граждане КНР и Индонезии. Согласно нормам международного права, Южная Корея, хотя и может осуществить перехват судна, но не обладает полномочиями для проведения его полного досмотра, так что её власти не могут вскрыть корабельные трюмы и провести инспекцию груза.

     5 апреля газета «Тона Ильбо», ссылаясь на информацию из анонимных правительственных источников, сообщила, что «De Yi» на протяжении по меньшей мере января и февраля 2024 года совершало рейсы между портами Китая и Северной Кореи, перевозя северокорейские товары, которые запрещены к экспорту.

     В обоих случаях обращает на себя внимание демонстративный характер действий южнокорейской стороны на фоне известных уже в марте сложностей с согласованием резолюции СБ ООН о продлении срока полномочий Группы экспертов Комитета 1718. Как представляется, эти события (захват судна, введение односторонних санкций в отношении РФ ветирование документа Россией) связаны друг с другом. В частности, такими шагами РК, за которыми стоят США, стремится показать готовность активно и довольно жёстко контролировать соблюдение санкционного режима в отношении КНДР. Также нельзя исключать, что подобным образом Вашингтон и союзники намеревались продемонстрировать международному сообществу прямое участие Москвы и Пекина в нарушении действующих ограничений. Что касается односторонних санкций в отношении российских структур, то, несмотря на почти полное отсутствие их практической эффективности, сам факт их ввода свидетельствуют о неудовлетворительном текущем состоянии российско-южнокорейских отношений и реальных перспективах их дальнейшей деградации.

Активизация Вашингтоном проработки альтернатив Группе экспертов

     В условиях сложностей с согласованием положений резолюции о продлении полномочий Группы экспертов Комитета 1718 СБ ООН Вашингтон и Сеул в конце марта согласовали вопрос создания консультативного органа, который займётся выработкой мер эффективного противодействия и блокировки нелегальных поставок в КНДР нефтепродуктов, экспортно-импортных операций с санкционной продукцией, незаконной финансовой деятельности Пхеньяна в киберпространстве и пр. Первое заседание вновь сформированной структуры, получившей название «Расширенная целевая группа по устранению нарушений» (Enhanced Disruption Task Force – EDTF), прошло в Вашингтоне 26 марта. В нём приняли участие порядка 30 официальных лиц двух стран, курирующих вопросы внешней политики, разведки, безопасности санкций и мореходства. Главной целью деятельностью EDTF заявлено блокирование Северной Корее доступа к ключевым ресурсам и источникам финансирования ракетно-ядерных разработок. Поскольку значительная часть контрабандных поставок в КНДР осуществляется компаниями и частными лицами государств региона союзники договорились изучить возможности для наложения на физических и юридических лиц, причастных к данным операциям, односторонних санкций.

     29 марта представители США, Южной Кореи и Японии провели в Вашингтоне вторые рабочие переговоры, на которых обсуждались вопросы трёхстороннего сотрудничества для противодействия угрозам со стороны КНДР в киберпространстве. Договорённость о создании соответствующей рабочей группы достигнута в прошлом году по итогам саммита глав трёх государств в Кэмп-Дэвиде. В частности, союзники выразили озабоченность тем, что северокорейские IT-специалисты работают «под прикрытием» в зарубежных компаниях, зарабатывая таким образом денежные средства для развития ракетно-ядерных программ Пхеньяна. В целях воспрепятствования этому стороны договорились об укреплении взаимодействия путём расширения сотрудничества с частным сектором, привлечения стран, в которых находятся и работают северокорейские «айтишники», укрепления международных возможностей в плане кибербезопасности.

     В первой половине апреля высокопоставленный представитель США по вопросам КНДР Чон Пак посетила Румынию, Польшу и Швецию с целью проведения переговоров по темам, связанным с «незаконными ракетно-ядерными программами Северной Кореи, злонамеренной деятельностью Пхеньяна в киберпространстве и углублением партнёрства России и КНДР в военной и политической сферах». Поездка стала частью последовательных усилий Вашингтона по углублению координации с союзниками и партнёрами по вопросам исходящих от Северной Кореи угроз глобальной безопасности.

     С 14 по 20 апреля Южную Корею и Японию с рабочим визитом посетила посол США при ООН Линда Томас-Гринфилд. 15 числа она встретилась с президентом РК Юн Сок Ёлем. В ходе беседы глава Южной Кореи отметил значимость расширения сотрудничества в целях соблюдения санкционных ограничений, наложенных на КНДР. Американский дипломат же выразила полную поддержку усилиям Сеула по сдерживанию ракетно-ядерных разработок Пхеньяна и продвижению вопросам прав человека в Северной Корее. В тот же день ходе Томас-Гринфилд провела встречу с министром обороны Южной Кореи Син Вон Сиком. На ней она выразила озабоченность предстоящим (на тот момент) роспуском Группы экспертов Комитета 1718 СБ ООН. Дипломат особо подчеркнула, что это создаст пробелы в реализации международных санкций в отношении Северной Кореи, и увеличит шансы на то, что последняя будет использовать эти пробелы в целях дальнейшего развития собственных ракетно-ядерных программ. В этой связи Томас-Гринфилд призвала союзника присоединиться к усилиям США по разработке альтернативных мер, обеспечивающих непрерывное поступление «независимых, точных и достоверных отчётов» о нарушениях санкций в отношении КНДР. Син Вон Сик, в свою очередь, заявил, что Р. Корея будет продолжать развивать сотрудничество с ООН и США в интересах гарантий соблюдения резолюций Совета Безопасности ООН. 15 апреля Линда Томас-Гринфилд также встретилась с министром иностранных дел РК Чо Тхэ Ёлем. 16 числа она посетила ДМЗ. Во время поездки американка призвала Китай и Россию изменить свой курс на северокорейском направлении, отказаться от поощрения «плохого поведения» КНДР. Дипломат также настояла на возвращении Пхеньяна к диалогу с Вашингтоном без предварительных условий. Кроме того, она заявила, что США рассматривают различные альтернативы группе экспертов Комитета 1718 СБ ООН. В частности, по её словам, со странами-партнёрами изучаются возможности в рамках Генеральной Ассамблеи, равно как и возможности организации экспертной работы вне рамок ООН. Обсуждаются варианты, которые не предусматривают участия Китая и России.

     Уже после истечения срока полномочий Группы экспертов Комитета 1718 1 мая 50 стран-членов ООН поддержали инициативу США о необходимости усилий по сохранению системы независимого и объективного мониторинга ситуации с исполнением режима санкций в отношении КНДР, выступив с соответствующим совместным заявлением устами посла США при ООН Линды Томас-Гринфилд. Американский дипломат сообщила, что Вашингтон активно прорабатывает различные возможности, направленные на предотвращение реализации Северной Кореей оружейных программ, тесно взаимодействуя по данному вопросу с союзниками, такими как Р. Корея и Япония, а также обмениваясь мнениями с другими членами ООН. В частности, ожидается, что в ближайшее время будет сформирована структура, возглавляемая США, РК и Японией, позиционируемая в качестве независимой альтернативы ликвидированной Группе экспертов.

     На следующий день советник Белого дома по национальной безопасности и связям с общественностью Джон Кирби обвинил Россию в поставках КНДР нефтепродуктов сверх лимита, установленного резолюциями Совета Безопасности ООН, и нарушении, таким образом, режима международных санкций в отношении КНДР. По словам американского чиновника, только в течение марта из российской порта Восточный в Северную Корею было доставлено свыше 165 тыс. баррелей нефтепродуктов, а общий объём их экспорта в КНДР из РФ, якобы, уже превысил лимит в 500 тыс. баррелей в год. Кирби связывает это с «оплатой» предполагаемых поставок Пхеньяном Москве боеприпасов и ракет. В данном контексте чиновник США упомянул роспуск Группы экспертов Комитета 1718 после использования Россией права вето при голосовании по резолюции о продлении срока её полномочий, назвав действия Москвы «продуманной мерой, призванной скрыть нарушения резолюций СБ ООН». В этой связи, представитель Госдепартамента США Мэтью Миллер заявил, что США совместно с партнёрами (названы Южная Корея, Великобритания, Австралия, ЕС, Новая Зеландия и Япония) в н.в. проводят работу над введением новых санкций в отношении России и КНДР, которые могут быть объявлены в течение мая.

     Как представляется, одним из факторов, подобной активности со стороны США выступает озабоченность вероятным увеличением объёмов поставок КНДР оружия на Ближний Восток и углубления военно-технического сотрудничества между Пхеньяном и Тегераном, в т.ч. в ракетно-ядерной сфере, а также стремление использовать тему санкций в информационно-пропагандистских (дискредитация Москвы и Пекина) и внешнеполитических целях (основа для консолидации союзников в регионе).

Дальнейшие перспективы режима санкций в отношении Северной Кореи

     Несмотря на то, что ликвидация Группы экспертов Комитета 1718 безусловно отрицательно скажется на функционировании и контроле над режимом международных санкций в отношении КНДР, это не означает их сворачивания. С очень высокой долей вероятности Вашингтон сумеет организовать своих союзников в некий многосторонний механизм (процесс этот уже запущен), который будет выполнять аналогичные функции, но уже без мандата Совбеза. Это, а также предполагаемое отсутствие участия в нём Китая и России, что ограничит его возможности, легитимность и эффективность, а также может стать причиной возникновения конфликтных инцидентов (обращает на себя внимание тот факт, что тема соблюдения санкций обсуждается в т.ч. с военными США и их ключевых союзников в регионе).

     Один из вариантов предусматривает формирование нового многостороннего механизма мониторинга санкций против Северной Кореи под эгидой Генеральной Ассамблеи ООН. Его преимуществом является то, что, в отличие от Совета Безопасности, с повестки снимается вопрос использования Китаем или Россией права вето. На этом уровне важные резолюции и решения могут быть приняты при согласии двух третей государств-членов ООН. С другой стороны, в данном случае возникает вопрос соответствия Уставу ООН в плане пределов компетенций, а также необходимость работы с большим числом партнёров, что затрудняет достижение консенсуса и реализацию инициатив.

     Другой предполагает создание международной организации за пределами рамок ООН. На наш взгляд, её ядром станет расширенный формат упомянутой выше американо-южнокорейской структуры EDTF, к деятельности которой сразу же подключится Япония (Вашингтон, Сеул и Токио, вероятно, будут играть «первую скрипку», роль координатора и «мозгового центра»), а следом и иные союзники США – Австралия, Новая Зеландия, Канада, Великобритания, страны-члены блока НАТО. Такой формат позволяет оперативно выявлять и предавать огласке выявленные случаи нарушений режима санкций (за счёт единства позиций и мнений), а также при необходимости шире использовать инструменты односторонних и вторичных рестрикций. Вместе с тем, отсутствие привязки к ООН однозначно негативно скажется на международном статусе, легитимности и объективности деятельности вновь созданной структуры. Для смягчения данного фактора и повышения эффективности необходимо привлечение других государств из регионов Азии, Африки и Латинской Америки, что потребует дополнительных временных затрат.

     Какой бы вариант не был в итоге избран США, в нём в любом случае не будет России и, скорее всего, Китая, которые вряд ли признают полномочия нового органа. Вместе с тем, участие КНР представляется значимым (но не обязательным) элементом обеспечения эффективности новой системы мониторинга и контроля, а также его легитимизации. В противном случае это приведёт к укреплению структуры блокового противостояния между «демократическими» и «авторитарными» государствами, расширению «дыр» в режиме санкций, а в случае с чрезмерным усердием стран «коллективного Запада» повысит градус военно-политической напряжённости и риск возникновения конфликтных ситуаций.

Автор: Павел Черкашин

Примечание:

Данная статья является отражением личных взглядов автора и может отличаться от точки зрения ARRC.

minilogo

 

  


О компании Asia Risk Research Center

Asia Risk Research Center специализируется на изучении общественно-политической и торгово-экономической ситуации в Восточной Азии, предоставлении консалтинговых услуг и аналитических исследований. География наших проектов охватывает обширный регион Восточной Азии, включая Корейский полуостров (Южная и Северная Корея), Китай, государства Юго-Восточной Азии (Вьетнам, Филиппины, Сингапур, Индонезия, Мьянма, Таиланд), Океании (Австралия, Новая Зеландия) и другие.

Главный фокус нашей работы сосредоточен на Корейском полуострове (как южной части – Республика Корея, так и северной - КНДР), однако мы также активно занимаемся вопросами, затрагивающими взаимоотношения этих государств с другими странами.