Комментарий ARRC: Пхеньян пока сдержанно отреагировал на учения США и Южной Кореи

Комментарий ARRC: Пхеньян пока сдержанно отреагировал на учения США и Южной Кореи

 

     В первой половине марта прошли первые крупные в этом году совместные военные учения США и Южной Кореи «Freedom Shield» (FS), в которых задействовались различные рода войск (сухопутные, авиация, флот), силы и средства союзников. Несмотря на значительный масштаб манёвров они не вызвали «традиционного» нового витка роста военно-политической напряжённости в регионе.  Как представляется, руководство Северной Кореи приняло решение об ограниченной реакции на действия США и РК по ряду внешнеполитических и внутренних соображений. Вместе с тем, есть все основания полагать, что апрель будет на Корейском полуострове гораздо «жарче» марта, поскольку КНДР с высокой долей вероятности проведёт испытания и пуски ракет различных типов, включая новую гиперзвуковую твёрдотопливную БРСД, а также может запустить на орбиту Земли второй военный спутник-разведчик.

Масштабы и особенность учений «Freedom Shield»

     В период с 4 по 14 марта в 24-часовом формате проходили крупные американо-южнокорейские военные учения «Freedom Shield» (FS), которые носили в значительной мере наступательный характер и были сосредоточены на нейтрализации ядерной угрозы со стороны КНДР. Их целью заявлено повышение оперативной совместимости и расширение возможностей осуществления силами альянса совместных операций.

     Программа предусматривала проведение командно-штабных тренировок с элементами компьютерной симуляции, а также различных полевых операций на суше, в море и в воздухе (в т.ч. с задействованием космических сил и киберподразделений), нацеленных на сдерживание и противодействие применения Северной Кореей ядерного оружия. В общей сложности было организовано 48 совместных манёвров на открытом воздухе – в два раза больше, чем в марте-апреле прошлого года. В их числе обнаружение и уничтожение северокорейских крылатых ракет и воздушных целей, комбинированная десантно-штурмовая подготовка, тактические тренировки с боевыми стрельбами, совместные стрельбы «воздух-воздух», отработка авиацией нанесения ударов по наземным целям (средства ПВО, дальнобойная артиллерия и ракетные установки, мобильные командные центры), комбинированная авиационная подготовка на уровне батальона, проведение спецопераций по захвату объектов противника и уничтожению его военно-политического руководства, выявление и ликвидация диверсионно-разведывательных групп врага. В манёврах также принимали участие представители стран, входящих в Командование ООН, - Австралии, Канады, Франции, Великобритании и др.

     Сразу же после начала учений ВВС США и Южной Кореи подняли в воздух самолёт-разведчик RC-135V Rivet Joint и разведывательный БПЛА RQ-4 Global Hawk, которые отслеживали изменения ситуации в Северной Корее и перемещение её воинских подразделений.

     Особо высокой активностью в ходе учений FS отметились ВВС союзников. В частности, 6 марта южнокорейская авиация провела тренировку под названием PISU (расшифровывается как «наказать немедленно, мощно и в полном объёме»), в которой задействовались истребители F-15K, базирующиеся в Тэгу. По-корейски «пису» означает «кинжал», что подразумевает под собой нанесение удара по противнику. Это вторые манёвры подобного рода – первые прошли в феврале т.г. Их программа предполагает отработку обнаружения и перехвата крылатых ракет КНДР.

     На следующий день на морском полигоне в районе Жёлтого моря прошли учебные стрельбы по воздушным и наземным целям, которые согласно сценарию манёвров позиционировались как ответ на «огневые провокации» и запуск крылатых ракет противника. В учениях задействовались около 10 самолётов различных типов – KF-16, FA-50, F-5, которые отработали пуски ракет класса «воздух-воздух» AIM-9L (имитация перехвата крылатой ракеты) и бомбометание высокоточного боеприпаса KGGB (тренировка нанесения огневого поражения дальнобойной артиллерии).

     Далее 8 числа на базе в Сувоне (провинция Кёнги) состоялась тренировка под названием «слоновья прогулка», в которой в общей сложности было задействовано 33 самолёта с полным боекомплектом. Возглавляли группу 8 «старичков» F-4E Phantom, которые планируется списать в июне. За ними расположились F-15K, KF-16, F-16, FA-50, F-5 и F-35A.

     С 11 по 15 марта ВВС США и РК провели на западном побережье авиационные манёвры с боевыми стрельбами. В них принимали участие около 40 самолётов, в том числе южнокорейские F-35A, F-15K, F-4E и американские А-10 и F-16. В ходе тренировок лётчики отработали перехват крылатых ракеты и нанесение ударов по дальнобойной артиллерии противника.

     Под конец учений ВВС Р. Корея отработали операцию по нейтрализации ракетно-ядерных сил и средств противника посредством нанесения превентивных ударов и перехвата воздушных целей. В качестве таковых выступили условные средства ПВО, мобильные транспортно-пусковые установки ракет и передвижные командные центры. Отличительной особенностью манёвров, в которых задействовалось около 20 истребителей (F-35A, F-15K, KF-16), а также самолёты-разведчики из 7 подразделений, стало то, что авиация продолжительное время находилась в воздухе и получала информацию о боевой обстановке и целях в режиме реального времени. Сценарий предполагал, что самолёты-разведчики выявляли расположение систем ПВО и перемещение ракетных установок, после чего передавали эту информацию в Главный центр управления ПВО. Последний транслировал её уже находящимся в воздухе в режиме ожидания ударным истребителям – F-35A и KF-16 наносили удары по наземным целям, а F-15K перехватывали авиацию противника. Кроме того, F-15K также отработали действия по перехвату крылатых ракет.

     Подразделения сухопутных сил армии Южной Кореи и американского воинского контингента USFK в рамках мер по повышению оперативной совместимости провели на полигоне в Почхоне комплексные учения с манёврами и боевыми стрельбами «по нейтрализации военных угроз со стороны КНДР», в которых приняли участие различные виды подразделений (танковые, инженерные, противовоздушные, механизированные, разведывательные, РХБЗ и пр.) и военной техники – зенитные ракетно-пушечные комплексы К-30, танки К1А2, БМП К21, самоходные миномёты К242, машины разграждения К600 и М1150, бронированные землеройные машины К9, БПЛА RQ-11 и пр.

     С 11 по 15 марта в Инчже (провинция Канвон) и Кванчжу (провинция Кёнги) состоялись полевые учения FS Tiger, в рамках которых спецподразделения десантировались и проникали на заданные объекты, а транспортная авиация доставляла необходимое оборудование и средства. В тренировках приняли участие около 1400 военнослужащих, а также авиация – вертолёты UH-60 Black Hawk, AH-64E Apache, CH-47 Chinook.

     13 числа министр обороны Южной Кореи Син Вон Сик посетил Командование сил специальных операций сухопутных войск, где лично руководил тренировочной «операцией по обезглавливанию» противника – ликвидации его военно-политического руководства. В учениях задействовалось в общей сложности около 240 военнослужащих РК и США, включая спецназ ВМС (UDT/SEAL), группу управления воздушным движением ВВС (CCT) и 1-ю группу спецназа армии США. Целью тренировки стало укрепление оперативных возможностей по проникновению на ключевые объекты на территории противника с целью нарушения или парализации его системы управления. В ходе подготовки с акцентом на создание реалистичных условий спецназовцы отработали навыки ведения специальной разведки, огневой подготовки, тактику зачистки помещений и пр., что позволило повысить оперативную совместимость и улучшить возможности для проведения совместных спецопераций.

     В ходе FS командующие флотами США и РК провели учения в рамках Объединённого командования ВМС, которые, как было заявлено, направлены на обеспечение совместной оборонительной позиции, укрепление системы взаимодействия и повышение оперативной совместимости флотов и сил морской пехоты двух стран.

     Кроме того, уже после официального окончания совместных американо-южнокорейских учений военные Южной Кореи провели 16-17 марта крупные учения в районе приграничных с КНДР островов Пэннёндо и Ёнпхёндо в Жёлтом море. В них приняли участие силы быстрого реагирования из состава Корпуса морской пехоты, десантный корабль ВМС РК LST-II, вертолёты MUH-1 Marineon, десантные машины KAAV, а также армейские ударные вертолёты AH-64E Apache. Цель манёвров – отработка оперативного развёртывания сил на случай провокаций со стороны Северной Кореи в преддверии предстоящих в апреле парламентских выборов.

     Главной особенностью проведённых США и Р. Корея военных учений «Freedom Shield», помимо беспрецедентного увеличения их масштаба, стала отработка мер по противодействию и нейтрализации средств, выступающих носителями ядерного оружия (в т.ч. в плане нанесения превентивного удара). В частности, задействовались отдельные элементы оперативного плана OPLAN 2022. При этом следует отметить повышенное внимание, которое было уделено аспекту обнаружения и перехвата крылатых ракет, что можно рассматривать как демонстративный ответ на активизацию Пхеньяном работ по разработке данных систем вооружений. В целом же манёвры FS стали демонстрацией реализации на практике договорённостей об укреплении американо-южнокорейского альянса и их следует рассматривать как подготовительный шаг к совместным учениям по ядерным операциям в августе т.г., суть которых заключается в осуществлении военных действий в ответ на ядерную атаку со стороны КНДР.

Сдержанная реакция Северной Кореи

     В первый же день начала FS северокорейское информационное агентство ЦТАК распространило заявление Министерства обороны КНДР. В нём отмечено, что проводимые в этом году манёвры по масштабам существенно превосходят тренировки прошлых лет, и уже в силу этого не могут считаться оборонительными. Они были названы репетицией войны с Севером и фактором, провоцирующим непредсказуемые последствия для региона. В заявлении также содержалось предупреждение США и Южной Корее, которые, «заплатят за свой выбор в пользу конфронтации». При этом подчёркнуто, что КНДР будет внимательным образом следить за «авантюристичными действиями» своих противников, проводя «ответственные действия военного характера», направленные на стабилизацию ситуации в области безопасности.

     8 марта представитель южнокорейского Объединённого комитета начальников штабов заявил, что с 5 марта Северная Корея предприняла ряд попыток глушения системы GPS в районе западного побережья РК. По оценкам военных, действие средств РЭБ осуществлялось с территории КНДР. Здесь же отмечено, что попытки Северной Кореи воспрепятствовать нормальной работе систем навигации не оказали влияния на проведение учений, равно как и на боеготовность южнокорейских вооружённых сил в целом. Не произошло никаких чрезвычайных происшествий и в гражданской сфере.

     Другим ответом на проведение союзниками манёвров может считаться посещение Ким Чен Ыном ряда тренировочных объектов Корейской народной армии (КНА) 6-7 марта. Так, 6 числа глава государства лично наблюдал за ходом учений национальных вооружённых сил в западной части страны. В своей речи он приказал активизировать практическую военную подготовку и приложить дополнительные усилия для повышения боевых возможностей КНА в интересах сдерживания врагов «подавляющей силой» и контроля над «малейшими попытками разжечь войну».

     На следующий день, 7 числа, Ким Чен Ын посетил подразделения тяжёлой артиллерии. В сообщениях северокорейской печати особо подчёркивалась, что это именно те соединения, что располагаются в непосредственной близости от Сеула и держат столицу РК «под прицелом» и на расстоянии удара. Лидер КНДР выразил удовлетворённость результатами учений, подчеркнув необходимость поддержания высокого уровня мобилизационной готовности и боеспособности артиллеристов.

     Под занавес учений FS, 13 марта, Ким Чен Ын руководил тренировочными соревнованиями между танковыми соединениями КНА. На них победила 105-я гвардейская Сеульская танковая дивизия. Ким поздравил победителей и напомнил о славном прошлом дивизии, которая, как он выразился, «имеет традиции захвата вражеской столицы». Здесь внимание наблюдателей привлёк факт демонстрации новой модели северокорейского танка (судя по всему, это т.н. модель М-2020 (неофициальное название), впервые появившаяся на публике во время парада в октябре 2020 г.), которым были оснащены танковые части КНА. Отмечено, что Ким выразил крайнюю степень удовлетворения боевыми характеристиками, огневой мощью и мобильностью нового танка, который был назван «самым мощным в мире». СМИ также распространили фотографии северокорейского руководителя, лично управляющего боевой машиной.

     Позже эксперты РК (в т.ч. военные) дали свои оценки потенциала нового северокорейского танка:

- заявления Пхеньяна о его характеристиках и возможностях представляются преувеличенными;

- в пределах эффективной дальности стрельбы новая боевая машина на сумеет противостоять основному танку РК К2 Black Panther (не позволит орудие и боеприпасы);

- вне досягаемости главного орудия значительную угрозу представляют установленный на новом танке комплекс ПТУР «Пульсэ-3» или «Пульсэ-4» («불새/Феникс») – 2 ракеты с дальностью стрельбы около 5,5 км;

- главное орудие М-2020 имеет калибр 115-мм (более вероятно) или 125-мм и не способно вести огонь управляемыми ракетами;

- он оснащён системой активной защиты, схожей с российским танком Т-14 «Армата»;

- отмечены изменения во внешнем виде брони танка – на башне теперь присутствуют элементы динамической защиты;

- по вышеуказанной причине его масса увеличилась в пределах 0,5-2 т., что может сказаться на подвижности;

- общая масса танка оценивается в 50 тонн;

- на текущий момент маловероятно, что новая боевая машина массово развёрнута в танковых подразделениях КНА; с учётом всех сроков, их число в войсках должно быть ограниченным.

     Кроме того, согласно сообщению ЦТАК, председатель Госсовета КНДР Ким Чен Ын 15 марта руководил военными учениями воздушно-десантных подразделений КНА, направленными на проверку уровня их мобилизационной готовности для проведения любых военных операций «в неожиданных обстоятельствах военного времени». При этом лидер Северной Кореи подчеркнул, что «основной обязанностью КНА является обеспечение полной готовности к войне». Ким Чен Ына сопровождали его дочь Ким Чжу Э, заместитель председателя Центрального военного комитета Пак Чон Чхон, министр обороны Кан Сун Нам, начальник Генштаба КНА Ли Ён Гиль, командующий ВВС и командир 11-го корпуса.

     Также отметим, что специалисты издания NK News проанализировали спутниковые снимки территории Северной Кореи и пришли к выводу, что Пхеньян мог развернуть в составе подразделений Восточного флота ВМС новые фрегаты, оснащённые крылатыми ракетами с ядерными боеголовками.

     В частности, на военно-морской базе Мунчхон (провинция Канвон) в период с 8 по 12 марта замечен 77-метровый фрегат класса «Туман» (1500 тонн), который в течение 10 лет строился в Раджине, а в конце прошлого года прошёл оснащение и проверку вооружения. Кроме того, в этом же районе находился фрегат класса «Амнок», который впервые был представлен публике во время ракетных стрельб – 1 марта он находился в заливе Косон недалеко от Кымгансана, 8 и 9 числа в порту Косон, а 10 в порту Намхэ. Предполагается, что оба корабля принимали участия в манёврах в ответ на американо-южнокорейские учения «Freedom Shield». Считается, что оба типа фрегатов могут выступать носителями крылатых ракет с тактическими ядерными боеголовками.

     В последнее время США и РК существенно повысили интенсивность и масштаб совместных военных учений, привлекая к ним максимальное влияние прессы. Руководство КНДР рассматривает подобную деятельность провокационной и потенциально опасной, видя в ней отработку мер и подготовку к вторжению на Север, в связи с чем каждый раз старается давать на неё предельно жёсткий (и тоже потенциально опасный) ответ. Однако, на этот раз, реакцию северокорейской стороны можно назвать необычно сдержанной и относительно спокойной – в частности, Пхеньян не осуществил запусков баллистических ракет средней или большой дальности, не организовал крупномасштабных военных учений и пр. По нашему мнению, это в значительной мере связано с внешними факторами, имеющими отношение к ближайших партнёрам Северной Кореи – в Китае и России в это время проходили значимые для них политические мероприятия. Так, американо-южнокорейские учения FS совпали с заседанием Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП) и пленарным заседанием Всекитайского комитета Народного политического консультативного совета Китая (ВК НПКСК), а в РФ с 15 по 17 марта состоялись выборы президента страны. В этой связи, дополнительный скачок военно-политической напряжённости на Корейском полуострове в этот период не устроил бы ни Пекин, ни Москву.

     Также хотелось бы отдельно отметить, что опубликованные СМИ КНДР фотоматериалы говорят о том, что ВПК страны ведёт активные разработки новых систем вооружений не только в рамках ракетно-ядерной программы, но и конвенциональных видов оружия. Их целью является модернизация и переоснащение вооружённых сил страны современными образцами, соответствующими основным тенденциям в мире, что также выступает в качестве важного элемента обеспечения безопасности.

Последующие действия Пхеньяна

     Косвенным подтверждением указанного выше тезиса о принятии в расчёт Пхеньяном внешних факторов могут рассматриваться его дальнейшие действия, носящие иной, более острый характер.

     Так, в интервале с 7:44 до 8:22 утра 18 марта КНДР осуществила пуск из окрестностей Пхеньяна (первоначально военные РК сообщили, что из района Санвона, провинция Северная Хванхэ, но позже пересмотрели свою оценку) в направлении Восточного (Японского) моря нескольких ракет малой дальности, которые пролетели порядка 300 км.

     На следующий день ЦТАК сообщило, что минувшим днём при личном присутствии Ким Чен Ына в Северной Корее прошли учения с боевыми стрельбами из сверхкрупной РСЗО (условное название KN-25) калибра 600-мм. Подчёркнуто, что огневая подготовка направлена на подтверждение мощности и боевых возможностей данной системы. На распространённых СМИ фотоматериалах заметен синхронный залп ракет с шести установок, а также поражение цели – необитаемого острова неподалёку от уезда Кильчжу-кун в провинции Северная Хамгён. Это говорит о том, что стрельбы носили практический характер – отработка нанесения массированного удара по заданным целям, в т.ч. в условиях действия ПРО. Также сообщается, что КНДР провела испытание, имитирующее подрыв ракеты в воздухе на заданной высоте. Последнее обращает на себя особое внимание в контексте заявлений Пхеньяна о том, что данная система является носителем тактического ядерного оружия (боеголовка «Хвасан-31»).

     Северокорейские СМИ привели слова лидера Северной Кореи Ким Чен Ына, который призвал армию быть готовой к выполнению возложенных на неё задач по воспрепятствованию и сдерживанию возможного военного конфликта – в т.ч. разрушения столицы противника и структуры его вооружённых сил. Кроме того, Ким отметил высокую важность данного комплекса вооружения, потребовав продолжать модернизацию артиллерийских подразделений КНА.

     Далее 20 числа ЦТАК заявило об успешном проведении днём ранее Главным ракетным управлением КНДР и подконтрольным ему научно-исследовательским институтом двигательных установок наземного испытания многоступенчатого твёрдотопливного двигателя для гиперзвуковой ракеты средней и большой дальности (БРСД). Подчёркнуто, что тесты прошли в соответствии с графиком разработки новой системы вооружения на площадке, расположенной на космодроме Сохэ (Тончхан-ни, уезд Чхольсан-гун, провинция Северная Пхёнан), в первой и второй половине дня 19 марта. За испытаниями лично наблюдал глава государства Ким Чен Ын, который отметил бесспорную военную и стратегическую значимость данного ракетного вооружения, сопоставимую с МБР.

     Кроме того, лидер Северной Кореи выразил крайнее удовлетворение успешным исполнением задач развития стратегических видов вооружений (в числе таковых: создание тактического ядерного оружия, представляющего угрозу РК, улучшение точности МБР, способных нанести удар по материковой части США, разработка гиперзвуковых ракет, обладающих потенциалом преодоления ПРО, создание твёрдотопливных МБР, строительство атомной подводной лодки и получение БРПЛ с ядерными боеголовками, разработка военных разведывательных спутников), установленных соответствующим пятилетним планом, представленным на VIII съезде Трудовой партии Кореи в январе 2021 года.

     Следом южнокорейские военные эксперты высказали некоторые оценки проведённого КНДР испытания твёрдотопливного двигателя для новой гиперзвуковой ракеты большой дальности. В частности:

- в сравнении с испытаниями ноября прошлого года отмечен технический прогресс в работе над силовой установкой, однако доработки требует её манёвренность;

- увеличен объём топливного бака, что продлевает период горения; двигатель способен выдерживать высокое давление и температуру;

- несмотря на успешное испытание силовой установки необходимо отслеживать прогресс с разработкой гиперзвукового планирующего модуля;

- двигатель на твёрдом топливе обеспечивает большую надёжность, мобильность и безопасность ракетного оружия, а также сокращает время на подготовку к запуску;

- испытания КНДР нового ракетного двигателя обусловлены технической необходимостью и сроками реализации соответствующих планов военных разработок, и не направлены на рост военно-политической напряжённости в регионе;

- увеличение количества различных тестов двигателя для новой гиперзвуковой БРСД может указывать на наличие определённых технических проблем.

     Таким образом, налицо вырисовываются предпосылки к принятию Пхеньяном в последующем мер, способных поднять градус напряжённости на Корейском полуострове.

Что ждать в апреле?

     В частности, судя по динамике происходящих процессов, в следующем месяце с высокой вероятности можно ожидать сразу несколько возможных шагов со стороны КНДР. В частности, из логики разработки нового твёрдотопливного двигателя для гиперзвуковой ракеты средней дальности вытекает необходимость проведения её испытательного пуска. В контексте анонсированного Сеулом на первую половину апреля запуска второго спутника-разведчика в рамках проекта Project 425, а также конкуренции и своего рода «гонки вооружений» двух корейских государств в данной сфере нельзя исключать попытки Пхеньяна опередить южан и вывести на орбиту собственный разведывательный аппарат. Ранее северокорейская сторона анонсировала планы по запуску в текущем году сразу трёх новых спутников, подготовка к чему, судя по активности на космодроме Сохэ, уже ведётся. В числе прочих возможных действий также можно назвать проведение испытаний БПЛА, демонстрацию достижений и прогресса в рамках программы создания новых баллистических ракет подводного старта (БРПЛ), отработку сценариев условного применения тактического ядерного оружия с помощью различных его носителей.

     Поводов для соответствующих действий у КНДР более чем достаточно. На 10 апреля в Южной Корее назначены всеобщие выборы в Национальное собрание, на исход которых северяне вполне попытаться оказать опосредованное воздействие с целью недопущения получения правящей администрацией и консервативными силами контроля над парламентом. Далее 15 апреля в Северной Корее отмечается «День Солнца» (день рождения основателя государства Ким Ир Сена), а 25 числа День основания КНА. К этим датам могут быть приурочены перечисленные выше или иные шаги, демонстрирующие наличие новых практических успехов и достижений в укреплении обороноспособности и военной мощи государства, призванные консолидировать общество.

Автор: Павел Черкашин

Примечание:

Данная статья является отражением личных взглядов автора и может отличаться от точки зрения ARRC.

minilogo

 

  


О компании Asia Risk Research Center

Asia Risk Research Center специализируется на изучении общественно-политической и торгово-экономической ситуации в Восточной Азии, предоставлении консалтинговых услуг и аналитических исследований. География наших проектов охватывает обширный регион Восточной Азии, включая Корейский полуостров (Южная и Северная Корея), Китай, государства Юго-Восточной Азии (Вьетнам, Филиппины, Сингапур, Индонезия, Мьянма, Таиланд), Океании (Австралия, Новая Зеландия) и другие.

Главный фокус нашей работы сосредоточен на Корейском полуострове (как южной части – Республика Корея, так и северной - КНДР), однако мы также активно занимаемся вопросами, затрагивающими взаимоотношения этих государств с другими странами.